«Один человек вернулся», — старосты сел в Николаевской области говорят, что после получения сертификатов «єВідновлення» люди не возвращаются

Старосты сел в Николаевской области говорят, что часть жителей, чьи дома были полностью разрушены, получили жилищные сертификаты и решили не возвращаться в свои громады.

Об этом говорится в статье «НикВести» «Без школы не будет жизни». Как сегодня живут наиболее разрушенные села Николаевской области?

До полномасштабного вторжения в Киселевке проживало около 600 человек. Сейчас — примерно 310. Сокращение населения связано прежде всего с тем, что часть жителей, чье жилье было полностью разрушено, получили жилищные сертификаты и предпочли переехать и приобрести жилье в других общинах вместо возвращения в село.

— В основном люди брали сертификаты не для восстановления жилья. Они покупали квартиры или дома в других общинах. Из тех, у кого жилье было полностью разрушено, вернулся фактически один человек, — говорит староста Киселевки Иван Волько.

Похожая ситуация и в Партизанском. Около 98% села подверглось разрушениям, рассказала староста Раиса Шульга. Часть жителей получила сертификаты и уехала.

— Люди забрали сертификаты, а земельные участки остались заброшенными. Я ничего не могу сделать. Что нам делать? Жить в таких зарослях сорняков? — сказала она.

Тех, кто решил остаться и восстанавливать дома, — единицы.

— У нас таких пять человек. Я одна из них, — говорит Раиса Шульга.

Ее собственный дом был полностью разрушен, но женщина получила компенсацию по государственной программе «єВідновлення» и вместе с мужем восстанавливает жилье.

— Было бы проще взять сертификат и уехать. Но я хочу домой. Здесь выросли мои дети. Здесь похоронен мой первый муж. Это моя земля. Меня тянет домой, — поделилась староста.

Подобные процессы происходят и в селе Луч. По словам директора дома культуры Светланы Гинжул, часть жителей домов, не подлежащих восстановлению, воспользовались жилищными сертификатами и приобрели жилье в других городах.

— Кто-то купил квартиру в Николаеве, кто-то — в Одессе. Люди ищут место, где есть работа и где можно растить детей, — говорит она.

До полномасштабного вторжения в Луче проживало около тысячи человек. Во время активных боевых действий в селе остались лишь 38 жителей. Сейчас здесь проживают около 260 человек и 16 детей.

В то же время в Партизанском есть и примеры восстановления инфраструктуры. При поддержке Дании здесь отстроили амбулаторию, которая уже работает и принимает жителей.

— Амбулатория была разрушена, но её восстановили при поддержке Датского совета по делам беженцев. Сюда каждый год приезжает частная клиника из Киева — проводят обследования, УЗИ, прием у гинеколога. Это бесплатно, — сказала Раиса Шульга.

Общаясь со старостами и жителями, все отмечали: проблем с базовыми потребностями пока нет — вода, газ и электроснабжение восстановлены. Это первое, что заработало в селах после деоккупации. Такая ситуация характерна для Партизанского, Киселевки и Луча.

В то же время в Максимовке ситуация иная. Сейчас в селе проживают лишь 10–12 семей. Полноценного водоснабжения нет.

— Люди набирают воду либо из пруда, либо из скважины. Водонапорная башня разрушена, но оттуда ещё как-то качают воду. Ситуация критическая. Как будет дальше — даже не знаю, — говорит староста соседнего села Иван Волько.

Читайте также статью «НикВести» «Как в Николаеве работает «єВідновлення» и покрывают ли компенсации потребности людей».